Наступил вечер. Тишина окутывала поляну. Она сидела, не признавая того, что он ушел молча, не говоря ничего. Весна казалась зимой. Окутывало ознобом, и сердце стягивало так, что если бы не было ребер, оно бы просто вырвалось и сжалось от боли. Раздался звонок:

— Алло, кто это?

— Котенок, это я! Прости меня! Где ты, давай встретимся?

— Я на той же поляне.

Гудки…

И вот он подошел, обнял её сзади и нежно поцеловал в шею. Её руки нежно коснулись его лица, они слились в страстном, в полном ласки поцелуе.

— Милая, ты замерзла?

— Есть немного. Я испугалась, что ты меня бросил…

— Нет! Ни за что! Пошли ко мне, чаем напою.

Они пошли к нему. Он прижал её покрепче к себе, как будто боялся, что, если он её отпустит, она исчезнет. Они зашли в дом. Он прижал её к стенке и взглянул в глаза, в них читалось лишь желание, нет, даже так: ЖЕЛАНИЕ! Он поцеловал её в губы, плавно спускаясь на шею. Поднял на руки и отнес в комнату. Положил её на кровать и склонился над ней. Она слегка вздрогнула, но сразу успокоилась.

Плавно, пуговица за пуговицей, он расстегивал её блузку… Снял джинсы, лифчик. Поцелуи стали покрывать участок за участком на теле, руки ласкали грудь, а стоны сами сорвались с её губ. Руками он снял трусики, целуя животик. Плавно поднялся к губам, проводя язычком по телу. Его руки нежно сжали её попку, и он осторожно, но резко вошел в неё. Её спинка согнулась, а из губ стали исходить сладкие стоны. Движения стали резкими и плавными, страстными и нежными. Всю ночь напролет их тела утопали в ласке и нежности рук и губ…