Никита надеялся, что романтическая неделя в Париже с подругой Ольгой поможет вдохнуть новую жизнь в их любовные отношения, но этот способ явно не сработал. Ольга начала жаловаться еще до того, как самолет вылетел из Москвы. Несколько раз ему становилось просто неловко за нее, и, в конце концов, ее постоянное нытье привело к тому, что у него разболелась голова. Он выбежал из номера гостиницы, решив осматривать Париж в одиночестве.

Внутри него все кипело от ее последних едких слов, и он бесцельно бродил по улицам, а дождь капал на лицо, словно оплакивая его. От нечего делать он потратил большую часть дня, глазея на витрины магазинов. И вот, рассматривая так одну из витрин бутика одежды и поражаясь причудам современной моды, он увидел в отражении очень красивую женщину позади себя. Он обернулся.

— Костя! — воскликнула она по-русски. — Что ты делаешь в Париже?

В следующее мгновение он почувствовал крепкое объятие и поцелуй у себя на губах. Он пытался сказать, что его имя вовсе не Костя, но она выражала такую огромную и неподдельную радость, что он был поражен.

— Мы не виделись почти 5 лет, — сказала она. — Как ты поживаешь?
— Нормально, — пожал плечами Никита. — Хорошо.
— Ты не поверишь, что случилось со мной после Ростова, — смеялась она. В Париже я работаю моделью. Мне действительно удалось это сделать. Все, как ты и говорил.
— Да, — пробормотал Никита. — Я всегда говорил, что все у тебя получится.
— Ты должен обязательно посмотреть мою квартиру. Это в очень красивом старом здании всего в нескольких шагах отсюда, — она остановилась. — Эй, а почему бы нам не пойти туда прямо сейчас? Выпьем кофе. Ты всегда говорил, что я готовлю самый лучший кофе Ростова. Ну, а теперь я готовлю лучший кофе Парижа.

Она взяла Никиту за руку и буквально потащила ошеломленного мужчину по улице. Он не знал, кто был этим его двойником, с которым она его перепутала. Но у него мелькнула мысль, что если этот Константин спал с ней, то он просто счастливчик.

Рада, как ее звали, была именно такой, какой и должна быть манекенщица в Париже. То есть высокая, стройная, с длинными ногами, которыми мог любоваться кто угодно из-за короткой юбки. И у нее была сама красивая попка, которую когда-либо видел Никита в своей жизни.

Квартира была очень милой, но вряд ли кто-нибудь мог подумать, что среди этой старомодной обстановки с антикварной мебелью живет такая неуемная молодая женщина, как Рада.

— Ты помнишь, как помогал мне перетаскивать все эти произведения искусства в другую квартиру, когда я переезжала? – засмеялась она, заметив, что он смотрит на старую картину, висевшую на стене.
Мужчина утвердительно кивнул, хотя по-прежнему не совсем понимал, что происходит.
— Я когда из Ростова вырвалась, то переехала в Париж. У меня на этот город были серьезные планы. А здесь уже проживала Варька, подружка моя старая. Она здесь актрисой стала, в местных сериалах снимается, ты ее, впрочем, не знаешь. И вот в день приезда она меня в ресторан повела. Мы в тот вечер хорошо погуляли. А я и говорю, что, мол, надо мне как-то здесь отметиться, чтоб все знали, вот, мол, Рада из Ростова-на-Дону приехала, теперь держитесь. И разведку боем надо было провести. Ну, я прямо в ресторане раздеваюсь донага, отдаю Варьке одежду и выхожу на улицу в таком виде. Ранний вечер, людей предостаточно. Некоторые рты поразевали, хотя что тут разевать? Параметры у меня самые стандартные, нечего коситься. И большинство так и сделали или предпочли сделать вид, что меня не видят.

Рада расхохоталась и похлопала Никиту по коленке.
-Представляешь, Костя, — продолжила она, — двадцать минут так гуляла, пока, наконец-то, полицейские не приехали. Варька тоже в машину рвалась, но ее не пустили. Одежду, правда, разрешили взять. Отвезли меня в местное отделение. Я там под дурочку косить стала. Мол, я из русского города Ростова, а у нас там так принято. Мол, на реке Дон есть прекрасный оазис, окруженный горами со снежными вершинами. Там множество золота, а пшеница достигает удивительной высоты. В городе неизвестна бедность, молоко и мед текут в реках. И чтобы попасть на остров с его дворцами и зеленью, нужно, чтобы золотая птица перенесла туда на своих крыльях. И еще много других сказок рассказала. Да так, что со всех сторон выходило, что наш Ростов-на-Дону — что-то вроде чудесной земли наподобие тибетской Шамбалы. Наплела им, что особ женского пола соответствующего возраста у нас в городе 10000 человек наберется, и каждая на все готовая. Эти менты французские даже название города записали, наверное, решили съездить поглядеть на это чудо. А тут и Варька, наконец-то, добралась до участка и атаковала полицию с криками: «Палачи, опричники! Свободу Раде!» В общем, спасла меня. Хотя я со всеми уже подружилась, и если бы не Варька, возможно, даже раньше на свободу вышла.

Рада вновь расхохоталась, затем скинула пальто, и под прозрачной блузкой показались ее небольшие, но красивые сиськи.
Она увидела, как он смотрит на них, и обхватила их руками:
— Очень долго ты не имел удовольствия ласкать их, — засмеялась она, отчего у Никиты началось покалывание по всему телу. — Мы тогда трахались, как кролики, помнишь, Костя?
Мужчина ослаб до такой степени, что не мог даже кивнуть, он стал дышать глубоко и неровно.
— Столько лет мы не были вместе, любимый, — со вздохом сказала она и внимательно посмотрела ему в глаза. – Предлагаю попить кофе чуть позже, а прямо сейчас залезть в постельку на часок-другой.
Никита украдкой ущипнул себя за ногу, больно ущипнул, чтобы убедиться, что это не сон. А когда Рада стала покрывать его поцелуями и гладить его член, он взмолился, чтобы это все-таки не оказалось сновидением.
— Эй, сейчас сделаю, как ты любишь, — улыбнулась она, отходя от него. — Бьюсь об заклад, ты этого хочешь, не так ли?

Он энергично кивнул, хотя понятия не имел, о чем это, черт возьми, она говорит. Женщина подошла к магнитофону, вставила компакт-диск и принялась совершать телодвижения, напоминающие танец живота. Она медленно расстегнула блузку и бросила в него. Ее сиськи выглядели так привлекательно, что Никита почувствовал, как желает заполучить их себе в рот.

Когда она расстегнула и уронила на пол юбочку, а затем выскочила из маленьких белых трусиков, он понял, что теряет контроль над собой.

Стоя рядом с ним полностью обнаженная, Рада сказала, что теперь его очередь. Никита никогда не занимался стриптизом, но он был полон решимости показать настоящее шоу, хотя чувствовал себя крайне неловко. Он стал раздеваться, пританцовывая при этом, и когда закончил, даже сорвал немного аплодисментов от своей «старой» знакомой. Аплодисменты воодушевили его, судя по всему, он сделал это не хуже легендарного Кости.

Когда они оба уже были обнажены, она вдруг закричала:

— Если сможешь меня поймать, то разрешу трахнуть себя.

После этого она исчезла в спальне. Никита побежал за ней, предполагая, что уйдет не слишком много времени, чтобы поймать ее в такой маленькой квартире. Но когда он оказался в спальне, то увидел, что она просто лежит на постели, протягивая руки к нему.

Мужчина прыгнул прямо на нее, и вскоре они катались по постели, целуя друг друга и засовывая пальцы во все доступные органы. Это все резко закончилось, когда она взяла его член и стала посасывать его с большой нежностью, время от времени вынимая его изо рта и дразня кончиком языком.
Никите нравилось это, но он отчаянно хотел пососать эти твердые и дерзкие сиськи, и поэтому он схватил ее за плечи и перевернул на спину. Оседлав Раду, он опустил голову и прикоснулся губами к соскам.

— О, Костя, мне так хорошо, — она вздохнула. — Ты всегда знал, как сделать девушке приятно.

Немного похвалы пошло на пользу Никите, и он принялся работать над ее холмиками с утроенной энергией. В конце концов, он спустился немного пониже, облизал ее пупок, а затем, приоткрыв пальцами половые губы ее выбритого цветка, с особым чувством принялся лизать ее нежно-розовую плоть. Женщина отреагировала долгим стоном.

Никита очень быстро понял, что она любит, когда ее ласкают очень нежно и медленно. Поэтому он преодолел искушение и не стал слишком жадно ласкать ее киску, что было ему свойственно. Он ласкал ее медленно, повторяя уже пройденное, на что получал положительную реакцию от Рады. Но это продолжалось недолго, потому что она выгнула спину и начала взывать:

— Костя! Костя!

Затем она стала яростно дергать задницей вверх и вниз и выгибать тело.

Для Никиты это было явным признаком того, что она готова принять его хрящ любви на всю длину. Он соскользнул с кровати, перетащил ее за лодыжки к краю, пока ее цветок не оказался на одной линии с его возбужденным дружком. Мужчина поднял ее бедра и вошел в нее. Она ахнула, ухватилась за его предплечья и стала двигать кормой ему в такт.

Никита не мог разочаровать ее. Он отчаянно таранил ее мокрую теплую щелку так быстро, как только мог. Рада наполовину рыдала, наполовину стонала, когда он еще сильнее нарастил темп. У него начали болеть яички от натуги, и вдруг он почувствовал, как его сперма рвется наружу. Он кончил где-то глубоко внутри нее. Он продолжал толчки, не желая останавливаться. А она кричала и прижимала его ногами к себе, пока его рот снова не занялся ее сосками.

— Это было восхитительно, — прошептала она. — Ты не потерял форму, Костя.

Никита не стал рассказывать, что прибыл сюда с подружкой, и за чашкой кофе Рада пригласила остаться с ней на всю неделю. Целую неделю секса с моделью, как от этого можно было отказаться? Правда, он должен был возвратиться в отель, чтобы забрать вещи.

Когда он вошел в дверь, Ольга начала рассказывать ему, как ей нагрубили на стойке регистрации, и как она целый час ждала обслуживания в номер.
Пока она разглагольствовала и несла бред, Никита спокойно укладывал чемодан. Вскоре она остановилась и спросила:

— О, так ты все-таки понял, что надо перебираться в другой отель?

— Нет, перебираюсь только я, — улыбнулся он. — А ты можешь остаться здесь с Никитой.